Глава 14

 

  1. ОБУЧЕНИЕ ДХАРМЕ

 

Шив Садан, 10 февраля 1991 года

 

Сегодня мы особенно счастливы в этой обычно радостной общине: сегодня сюда привезли   многих наших братьев и сестер из Гобинд Садана вместе с Махарадж-джи на особую церемонию. Его попросили заложить первый камень фундамента новой школы для девочек в деревне в двадцати пяти минутах езды отсюда.

 

Мы вшестером весело подскакиваем в джипе. Мы говорим о новой белой голубке Махарадж-джи, подаренной ему вчера вечером одним мусульманином – владельцем магазина в Гархе. У нее необыкновенно милый нрав. Когда мы ее держим, она радостно устраивается в наших ладонях.

 

Это почему-то напоминает нам о моей мыши, часто посещающей комнату Криса Муни в Гобинд Садане, пока я в отъезде. Муни-джи говорит, что эта мышь забралась на его письменный стол, пока он пел киртан (священные тексты). Она подергивала мордочкой, и казалось, слушала пение. А потом, ночью, она прогрызла дырки в новом оранжевом тюрбане Муни. Мы интересуемся, что бы это значило. Понравился ли мыши киртан Муни? Или не понравился? Или она расстроилась от того, что не смогла понять австралийский акцент Муни, когда он пел на пенджаби?

 

Относительно ровная вымощенная дорога снова уступает место извилистой грунтовой дороге, когда мы заезжаем в древнюю деревню Асдуллапур – лабиринт из древних кирпичных зданий, тиковые двери некоторых из которых украшены замысловатой резьбой. Повороты по все более узким улочкам приводят нас ко входу, освященному у порога узором из лепестков бархатцев и извести. За ним – навес на деревянных столбах. Дети с горящими глазами усажены на ковриках, постеленных на пыльную землю, ряды складных стульев подготовлены для мужчин – с одной стороны, а для женщин – с другой. Бхагат-джи, погруженный в Нам, мечтательно сидит на женской стороне, пока кто-то не указывает ему на  его ошибку.

 

Для выступающих соорудили платформу, а другую, с креслом, покрытым белой тканью, подготовили для Махараджа. Так как его появления не ожидают до начала длительных церемоний, программа начинается без него.

 

Семидесятилетняя Биби Джасвант Кор, наша замечательная исполнительница киртана из Гобинд Садана, начинает медленный киртан о видении Кришны. Ее классически поставленный голос очень умиротворяет, успокаивает несколько сотен людей, ходивших в замешательстве туда-сюда.

 

Харвиндер Сингх произносит экспрессивную речь о необходимости контролировать ум, охваченный страстями, гневом, стремлением к материальному, вожделением и эго. Единственный путь освободиться от них – это следовать наставлениям совершенного Гуру, сеющего Нам в вашем уме.

 

Пока Харвиндер Сингх выступает с речью, рабочие продолжают рубить и кипятить сахарный тростник на участке рядом со школьным двором. Деревенские женщины сидят на  крыше неподалеку посреди куч из навозных лепешек, наблюдая за происходящим сверху. Наряженных девочек строем заводят в ворота.

 

После того, как все выступающие и чиновники, наконец, занимают свои места, появляется Махарадж. Энергия вдруг начинает расти. Большая группа чиновников следует за ним, пока он шагает мимо людей, бросающихся к его стопам. Он поднимается на платформу и кланяется перед стулом, подготовленным для него. Искренняя смиренная традиция Марахадж-джи – благодарить Того, кто говорит через него, и он часто делает это, склоняясь перед стулом, сидя на котором, он будет говорить.

 

Потом начинается полуторачасовой цикл выступлений. Группы девочек поднимаются на сцену, исполняют песни, танцуют и играют сценки. Многие из этих сценок высмеивают школьную жизнь. Одна из сценок передает нравственное послание: девочка с нарисованными на лице закрученными усами и две девочки, наряженные в женщин, разыгрывают семейную драму, в которой свекра отучают от его деспотичных и эгоистичных привычек. Все девочки сообразительны, уверенны, все они излучают радость и наслаждаются выступлением.

 

Наконец наступает очередь Махараджа. Его обращение начинается с утверждения о том, что образование необходимо и в деревнях, но обучение дхарме – даже важнее, чем академическое образование. «Обучение дхарме должно иметь практический характер», – говорит он (как переводят Гурчаран Кор и Прем Сваранджит).

 

«Пока идеи, о которых мы говорим, не войдут в наши умы и сердца, инстинкты любви, служения и доброго отношения к другим не разовьются. Человек, который собирается учить этим вещам, должен практиковать их в своей собственной жизни. Его жизнь должна быть пропитана религией, весь его эгоизм должен уйти. Тот, кому предстоит обучать дхарме детей, должен обладать высокими моральными качествами, чтобы дети не видели в нем ничего такого, против чего им захотелось бы поднять бунт.

 

Можем ли мы учить дхарме так, как нужно? Когда мы заходим в храм, мечеть или гурудвару, происходит странная вещь. Еще до того, как преклонить свою голову, мы выставляем требования. Больше нигде – ни в офисе, ни в суде – мы не даем приказаний, входя в дверь. Гурбани говорит: «Вы делаете мало, а ожидаете многого. Вы не выполняете севу, не поклоняетесь Богу, не читаете святые писания, не повторяете Имя Бога. Вы просто отдаете приказы». Как будто мы думаем, что в дхарме нет правил и мы можем делать все, что нам угодно.

 

Мы создали отдельные религии, и каждая из них провозглашает своего пророка. Но ни один из пророков не принадлежит отдельной касте, отдельной религии или отдельной нации. Пророки приходят не для того, чтобы создавать секты. Они приходят в мир с посланием от Бога, они приходят для обновления, чтобы учить любви, учить служению человечеству, чтобы устранять невежество, просвещая людей знанием Бога.

 

В каждой религии есть два аспекта. Один – это просветленное видение, а второй – это история и правила. История и традиции религий относятся к традициям, ритуалам и правилам поведения. Они идут после просветленного видения – основы религии. Мухаммед говорит, что ему бывают видения, а Гуру Нанак говорит: «Мой Супруг, мой Друг, Всемогущ и говорит со мной. Я должен говорить то же, что говорит мне мой Супруг».

 

Нам нужно преодолеть границы сект и считать всех пророков своими Отцами, ведь все они приходят, чтобы любить нас. Мы можем любить Раму как Вездесущего. Мы почитаем Мухаммеда как наби (пророка), потому что ему явился Аллах – Сила, наполняющая все. Мы поклоняемся Гуру Нанаку и Кришне, потому что они были едины с Богом. Когда мы вспоминаем о дервишах, мы чувствуем огромное спокойствие, радость и любовь, потому что они растворились в существе Бога, в свете Бога.

 

Гуру Гобинд говорит: «Свет Бога вечен. Существует лишь единый Свет. Он никогда не растет и не уменьшается, его нельзя ни сократить, ни разрезать». Сияние этого Света остается навсегда. Люди приходят и уходят, землетрясения начинаются и заканчиваются, эти деревья засыхают, и в океане все изменяется. Но Бог неизменен, и Истина вечна.

 

А мы должны подумать об одной важной вещи: что останется, когда мы покинем этот мир? Если мы повторяем Нам, служим Богу, помогаем бедным, платим за образование бедных детей, то эти дела останутся в веках. Гурбани говорит: «Тот, кто любит Бога, всегда испытывает блаженство. Когда Бог одаряет человека своей милостью, тот не видит ни в ком ни врагов, ни родственников. Тот, кто получает эту милость, чувствует, что Гобинд находится повсюду». Когда человек достигает такого душевного состояния, он может принести большую пользу обществу.

 

Поэтому всем вам – детям, женщинам и старым людям, всем нам с сегодняшнего дня надо учиться, чтобы узнать много хорошего. Получая образование, одновременно нам надо учиться вере в дхарму – вечный закон нравственности. Дхарма принесет праведность, любовь и желание служить. И тогда мы все почувствуем, что мы – братья и сестры, а ненависть уйдет. Не следуйте той религии, которая учит ненависти. Каждая религия учит любви, состраданию, служению, но священники говорили людям неправильные вещи.

 

Языковые барьеры между людьми разных религий – это мелочи, которые не должны приводить вас в замешательство. Вы знаете, на каком языке говорит Бог? Бог понимает язык любви».

 

За Махараджем идет Раджиндер Сингх, торгующий удобрениями в этом регионе – индус, очень преданный Махараджу. Раджиндер объявляет о том, что Махарадж вносит двадцать пять тысяч рупий в качестве пожертвования на школу (что сейчас составляет 1250 долларов США), что он благословляет школу и будет помогать, если в школе возникнут финансовые или другие трудности.

 

Махарадж принес огромные подносы с прасадом, которые он благословляет быстрым прикосновением. Пока всем раздают прасад, Махарадж и разные чиновники проходят в одну из новых классных комнат, где в этот день был устроен особый хаван по хукаму Махараджа. После молитвы у огня он отодвигает красный занавес от первого камня фундамента. На нем написано на хинди, что Баба Вирса Сингх открыл школу 10 февраля 1991 года.

 

После этого деревенские жители угощают спутников Махараджа и чиновников (нас человек шестьдесят) особым лангаром во дворе с кирпичным полом. Фотографов зовут сфотографировать Махараджа с директорисой и учительницами школы. В этой деревне, где по традиции женщины-индуски полностью закрывают лицо платком в присутствии родственников мужа, кажется необычным, что девочки получают образование. Но родители и учителя, с которыми я говорю, считают, что очень важно давать образование женщинам, ведь образование помогает во всех аспектах жизни.

 

Махарадж очень доволен этой деревней, он находит, что ученики подают большие надежды и предсказывает им блестящее будущее. Что касается школы,  в ней собираются каждый год 20 февраля праздновать день рожденья Махараджа, выражая ему свое почтение.

 

Вернувшись в Шив Садан, Махарадж по-дружески беседует со своими преданными из Гобинд Садана и кратко рассказывает им о связи Гуру Нанака и древнеиндийских писаний – вед. Его ученики греются в тепле его присутствия, жаждущие этой пищи для души. Он проводит большую часть времени в Шив Садане, где в этот период быстрого развития нужно его внимание.

 

Работа Махараджа заключается в развитии людей, впрочем, как и в развитии земель, и даже краткое общение с ним поднимает их от обыденного к необычайному в качестве работников Бога. Работа обычно связана с землей. Он предлагает нам набрать бархатцев. По его слову все мы начинаем ощипывать все бархатцы, которые попадаются нам на глаза, наполняя цветами две большие корзины и три ведра. Вероятно, ими украсят хаван, но никто из нас не спрашивает, почему мы это делаем. Мы так любим служить ему и боимся лишиться его великого благословения.

 

Когда сбор бархатцев подходит к концу, вдруг мы видим упряжку буйволов, с грохотом  приближающуюся по проселочной дороге, направляясь прямо к Махараджу. У меня хватает духа только на то, чтобы отойти с дороги и закричать, предупреждая об опасности, Гурдэв же бесстрашно выходит на встречу буйволам, отклоняя нападение складным зонтиком Махараджа и направляя их в сторону других преданных, которые быстро хватают их за упряжь. Махарадж отмечает, что буйволы убежали от своего хозяина, потому что он грозился их побить.

 

Это – не буйволы Махараджа. Его буйволы очень послушны. Всеми его животными – как и людьми – руководит любовь и ожидание надлежащего поведения. На это реагируют даже дикие существа. Дикие кабаны просто спят в его сахарном тростнике – они не едят и не топчут его, как в других местах. Перелетные птицы, обычно наносящие вред посевам, просто отдыхают на полях Махараджа.

 

За эти годы к Махараджу привозили сотни сумасшедших людей – некоторых, самых буйных, даже в цепях – и он исцелял их. Махарадж велел их сопровождающим снять с них цепи и самим заняться добровольным трудом и повторением Нама. «Сумасшедшие люди – как животные, – говорит Гурдэв, – но вибрации Махараджа начинают проникать в них, и через два-три дня эти люди начинают меняться». Тогда Махарадж велит им приняться за севу. Общинники обращаются с ними одновременно с любовью и строгостью. Им разрешают оставаться здесь до выздоровления, а потом отвозят их домой.

 

Однажды мы видели, как к Махараджу привезли бывшего полицейского, который стал таким буйным, что понадобилось пять людей, чтобы усмирить его. Пока он выполнял севу на полях вместе с людьми из своей деревни, он выглядел таким нормальным и трудолюбивым, что я спросила у Махараджа, как можно исцелить от сумасшествия. Он ответил:

 

«Некоторые душевные болезни возникают из-за наследственности, некоторые – от напряжения, а некоторые – от недоразвития. Главная проблема этих людей в том, что у них нет цели в жизни. Чтобы помочь душе человека, самое необходимое – это правильное питание и жизнь без стресса, но еще у него должна быть цель. Когда у него есть все это, человек начинает эффективно трудиться, и сумасшествие проходит.

 

У всех есть цели, но у большинства людей они неправильные – такие как еда, сон, питье, образование, получение работы и рождение детей. Люди с такими бесполезными целями не очень отличаются от животных. Человеческие цели должны быть продуктивными, такими как добровольный труд и помощь обществу.

 

Как мы можем развить желание служить? С помощью медитации. Как мы можем развить желание медитировать? Начав медитировать и положившись на Бога».

 

Какую бы севу мы ни посвящали Махараджу, мы выполняем ее добровольно, всегда стремясь полностью подчиниться ему. Его животные, как и люди, хорошо накормлены и довольны, заняты продуктивной работой без всякого принуждения, никто не выкрикивает им приказы. Все, что нужно сделать, выполняется просто и легко благодаря его благословению и вдохновению. Мы все пришли к его стопам охотно, привлеченные любовью Бога, а затем обученные в ней – основе вечной дхармы.